1936

Вскоре после того, как в книжных магазинах явились в моем изложении
долгожданные "Приключения Мюнхаузена", в редакцию газеты "За
коммунистическое просвещение" было прислано такое "Открытое письмо
К.Чуковскому", предназначенное автором для напечатания в этой газете:
"Товарищ Чуковский! Купила я своей восьмилетней дочке вашу книжку
"Приключения Мюнхаузена". Купила и, не читая, подарила ей в день рождения,
чтобы сделать ребенку приятное. Подарила книжку, не читая, потому что,
во-первых, читать было некогда, а во-вторых, на первом листе ясно было
написано: "Для детей"...
Каково же было удивление и разочарование дочери, а вместе с ней и мое,
когда мы стали эту книгу читать. Этот "самый правдивый человек на земле"
так врет о себе и своих подвигах, что сбивает детишек с толку. У него
отрывается или проваливается голова внутрь человека, а затем опять
появляется. Он летит на луну. И если бы он летел с целью дать детям
какие-то сведения о поверхности луны и т.д., этот полет был бы хоть и
фантастичен, но все же интересен, а то какие-то с начала до конца
неправдоподобные попытки взобраться по бобовому растению на луну,
спуститься вниз по соломенной веревке. Самые нелепые представления о
"жителях луны", их образе жизни и т.п.
В том месте книги, где автор рисует животный мир Цейлона, он буквально
сбивает с толку детишек, давая странные картины встречи его (?) со львом,
тигром, китом. Местами книга заставляет ребенка смеяться, но обязательно с
восклицанием: "Вот так врет!" В большинстве же случаев ребенок недоумевает.
Меня интересует одно: для чего, товарищ Чуковский, вы переводили эту
книгу?.. Нельзя же врать без оговорки на протяжении сотни листов!"
Я уже успел привыкнуть к таким письмам, и только подпись под этим
посланием немного удивила меня: "Вязники, Ивановской области. Заведующая
библиотекой С.Д.Ковалева". Странные, подумал я, библиотекари в Вязниках!
Считается, что библиотекарь - человек образованный, руководящий
просвещением обширного круга читателей, а эта Ковалева даже не слыхала о
"Бароне Мюнхаузене" и, нисколько не стыдясь, заявляет, что сюжет всемирно
прославленной книги явился для нее полным сюрпризом.
Я решил написать ей письмо, пододвинул к себе бумагу и начал:
"Уважаемая товарищ Ковалева! Педагогическое значение "Мюнхаузена"
заключается в том..."
Но тут мне пришло в голову, что она не ждет от меня никаких
разъяснений, потому что в таком случае зачем бы она стала обращаться ко мне
при посредстве газетных столбцов? Написала бы приватное письмо. Но нет, ее
письмо есть статья для газеты, и она только делает вид, будто спрашивает,
для чего я перевел эту книгу.
Вопросы ее чисто риторические. Если вчитаться в ее строки
внимательнее, станет ясно, что она обратилась ко мне совсем не для того,
чтобы получить необходимые сведения, а для того, чтобы публично обличить
меня в моем непохвальном пристрастии к такой чепухе, как "Мюнхаузен". Она
чувствует себя судьей, а меня подсудимым. Мы имеем дело отнюдь не с
любознательным и чистосердечным невежеством, а с той демагогией, которая
еще так недавно отравляла нашу критику детской словесности.
Конечно, спорить с С.Д.Ковалевой я не стану. Достаточно
продемонстрировать ее перед читателем: вот из каких персонажей вербовались
у нас "принципиальные" противники сказки.
Ковалева да ее собрат Раппопорт в этом смысле чрезвычайно типичны: их
метод - левацкие лозунги и бравада оголтелым невежеством.
Версия для печати >>

Поделиться с друзьями

Нравится