КомментарииЭхомама, 30 Ноября 2010
Дмитрий Кленовский*** Елочка с пятью свечами Без игрушек и сластей Робко льет скупое пламя В нищей комнате моей. Ах, не также ль у порога В мой заветный Вифлеем Сам стою я перед Богом Не украшенный ничем! Только иглами сухими Всех земных моих тревог, Только свечками скупыми, Что Он Сам во мне зажег. И мою пуская душу В путь намеченный едва, Сам же скоро и потушит - До другого Рождества! 1947 Эхомама, 1 Декабря 2010
Иосиф Бродский:“У меня была идея в свое время, когда мне было 24–25 лет… на каждое Рождество писать по стихотворению… У меня семь или восемь рождественских стихотворений… Это был 1972 год. В те времена я относился к этому более, так сказать, “систематически”… Иосиф Бродский Рождество 1963 года Спаситель родился в лютую стужу. В пустыне пылали пастушьи костры. Буран бушевал и выматывал душу из бедных царей, доставлявших дары. Верблюды вздымали лохматые ноги. Выл ветер. Звезда, пламенея в ночи, смотрела, как трех караванов дороги сходились в пещеру Христа, как лучи. Это первое стихотворение Бродского на рождественский сюжет. В последствии он почти на каждое Рождество будет писать по стихотворению, из которых впоследствии составится книга «Рождественский стихи». 1963-1964 первая публикация — 1981, Нью-Йорк Рождество 1963 Волхвы пришли. Младенец крепко спал. Звезда светила ярко с небосвода. Холодный ветер снег в сугроб сгребал. Шуршал песок. Костер трещал у входа. Дым шел свечой. Огонь вился крючком. И тени становились то короче, то вдруг длинней. Никто не знал кругом, что жизни счет начнется с этой ночи. Волхвы пришли. Младенец крепко спал. Крутые своды ясли окружали. Кружился снег. Клубился белый пар. Лежал младенец, и дары лежали. Январь 1964 первая публикация — 1981, Париж В Рождество все немного волхвы… V. S. В Рождество все немного волхвы. В продовольственных слякоть и давка. Из-за банки кофейной халвы Производит осаду прилавка грудой свертков навьюченный люд: каждый сам себе царь и верблюд. Сетки, сумки, авоськи, кульки, шапки, галстуки, сбитые набок. Запах водки, хвои и трески, мандаринов, корицы и яблок. Хаос лиц, и не видно тропы в Вифлеем из-за снежной крупы. И разносчики скромных даров в транспорт прыгают, ломятся в двери, исчезают в провалах дворов, даже зная, что пусто в пещере: ни животных, ни яслей, ни Той, над Которою — нимб золотой. Пустота. Но при мысли о ней видишь вдруг как бы свет ниоткуда. Знал бы Ирод, что чем он сильней, тем верней, неизбежнее чудо. Постоянство такого родства - основной механизм Рождества. То и празднуют нынче везде, что Его приближенье, сдвигая все столы. Не потребность в звезде пусть еще, но уж воля благая в человеках видна издали, и костры пастухи разожгли. Валит снег; не дымят, но трубят трубы кровель. Все лица, как пятна. Ирод пьет. Бабы прячут ребят. Кто грядет — никому непонятно: мы не знаем примет, и сердца могут вдруг не признать пришлеца. Но, когда на дверном сквозняке из тумана ночного густого возникает фигура в платке, и Младенца, и Духа Святого ощущаешь в себе без стыда; смотришь в небо и видишь — звезда. 24 декабря 1971 *** Снег идет, оставляя весь мир в меньшинстве. В эту пору — разгул Пинкертонам, и себя настигаешь в любом естестве по небрежности оттиска в оном. За такие открытья не требуют мзды; тишина по всему околотку. Сколько света набилось в осколок звезды, на ночь глядя! как беженцев в лодку. Не ослепни, смотри! Ты и сам сирота, отщепенец, стервец, вне закона. За душой, как ни шарь, ни черта. Изо рта — пар клубами, как профиль дракона. Помолись лучше вслух, как второй Назорей, за бредущих с дарами в обеих половинках земли самозваных царей и за всех детей в колыбелях. 1986 Рождественская звезда В холодную пору, в местности, привычной скорей к жаре, чем к холоду, к плоской поверхности более, чем к горе, Младенец родился в пещере, чтоб мир спасти; мело, как только в пустыне может зимой мести. Ему все казалось огромным: грудь Матери, желтый пар из воловьих ноздрей, волхвы — Бальтазар, Каспар, Мельхиор; их подарки, втащенные сюда. Он был всего лишь точкой. И точкой была Звезда. Внимательно, не мигая, сквозь редкие облака, на лежащего в яслях Ребенка издалека, из глубины Вселенной, с другого ее конца, Звезда смотрела в пещеру. И это был взгляд Отца. 24 декабря 1987 первая публикация — 1988, Париж Бегство в Египет …погонщик возник неизвестно откуда. В пустыне, подобранной небом для чуда, по принципу сходства, случившись ночлегом, они жгли костер. В заметаемой снегом пещере, своей не предчувствуя роли, младенец дремал в золотом ореоле волос, обретавших стремительно навык свеченья — не только в державе чернявых, сейчас, но и вправду подобно звезде, покуда земля существует: везде. 25 декабря 1988 *** Представь, чиркнув спичкой, тот вечер в пещере, используй, чтоб холод почувствовать, щели в полу, чтоб почувствовать голод — посуду, а что до пустыни, пустыня повсюду. Представь, чиркнув спичкой, ту полночь в пещере, огонь, очертанья животных, вещей ли, и — складкам смешать дав лицо с полотенцем - Марию, Иосифа, сверток с Младенцем. Представь трех царей, караванов движенье к пещере; верней, трех лучей приближенье к звезде, скрип поклажи, бренчание ботал (Младенец покамест не заработал на колокол с эхом в сгустившейся сини). Представь, что Господь в Человеческом Сыне впервые Себя узнает на огромном впотьмах расстояньи: бездомный в бездомном. 1989 *** Не важно, что было вокруг, и не важно, о чем там пурга завывала протяжно, что тесно им было в пастушьей квартире, что места другого им не было в мире. Во-первых, они были вместе. Второе, и главное, было, что их было трое, и всё, что творилось, варилось, дарилось отныне, как минимум, на три делилось. Морозное небо над ихним привалом с привычкой большого склоняться над малым сверкало звездою — и некуда деться ей было отныне от взгляда младенца. Костер полыхал, но полено кончалось; все спали. Звезда от других отличалась сильней, чем свеченьем, казавшимся лишним, способностью дальнего смешивать с ближним. 25 декабря 1990 Presepio (Ясли) Младенец, Мария, Иосиф, цари, скотина, верблюды, их поводыри, в овчине до пят пастухи-исполины — все стало набором игрушек из глины. В усыпанном блестками ватном снегу пылает костер. И потрогать фольгу звезды пальцем хочется; собственно, всеми пятью — как младенцу тогда в Вифлееме. Тогда в Вифлееме все было крупней. Но глине приятно с фольгою над ней и ватой, розбросанной тут как попало, играть роль того, что из виду пропало. Теперь Ты огромней, чем все они. Ты теперь с недоступной для них высоты — полночным прохожим в окошко конурки из космоса смотришь на эти фигурки. Там жизнь продолжается, так как века одних уменьшают в объеме, пока другие растут — как случилось с Тобою. Там бьются фигурки со снежной крупою, и самая меньшая пробует грудь. И тянет зажмуриться, либо — шагнуть в другую галактику, в гулкой пустыне которой светил — как песку в Палестине. Декабрь 1991 Колыбельная Родила тебя в пустыне я не зря. Потому что нет в помине в ней царя. В ней искать тебя напрасно. В ней зимой стужи больше, чем пространства в ней самой. У одних — игрушки, мячик, дом высок. У тебя для игр ребячьих - весь песок. Привыкай, сынок, к пустыне как к судьбе. Где б ты ни был, жить отныне в ней тебе. Я тебя кормила грудью. А она приучила взгляд к безлюдью, им полна. Той звезде, на расстояньи страшном, в ней твоего чела сиянье, знать видней. Привыкай, сынок, к пустыне. Под ногой, окромя нее, твердыни нет другой. В ней судьба открыта взору за версту. В ней легко узнаешь гору по кресту. Не людские, знать, в ней тропы! Велика и безлюдна она, чтобы шли века. Привыкай, сынок, к пустыне, как щепоть к ветру, чувствуя, что ты не только плоть. Привыкай жить с этой тайной: чувства те пригодятся, знать, в бескрайне пустоте. Не хужей она, чем эта: лишь длинней, и любовь к тебе — примета места в ней. Привыкай к пустыне, милый, и к звезде, льющей свет с такою силой в ней везде, точно лампу жжет, о Сыне в поздний час вспомнив, Тот, Кто сам в пустыне дольше нас. Декабрь 1992 25.XII.1993 Что нужно для чуда? Кожух овчара, щепотка сегодня, крупица вчера, и к пригоршне завтра добавь на глазок огрызок пространства и неба кусок. И чудо свершится. Зане чудеса, к земле тяготея, хранят адреса, настолько добраться стремясь до конца, что даже в пустыне находят жильца. А если ты дом покидаешь — включи звезду на прощанье в четыре свечи, чтоб мир без вещей освещала она, вослед тебе глядя, во все времена. 1993 Бегство в Египет (2) В пещере (какой ни на есть, а кров! Надежней суммы прямых углов!), в пещере им было тепло втроем; пахло соломою и тряпьем. Соломенною была постель. Снаружи молола песок метель. И, вспоминая ее помол, спросонья ворочались мул и вол. Мария молилась; костер гудел. Иосиф, насупясь, в огонь глядел. Младенец, будучи слишком мал, чтоб делать что-то еще, дремал. Еще один день позади — с его тревогами, страхами; с «о-го-го» Ирода, выславшего войска; и ближе еще на один — века. Спокойно им было в ту ночь втроем. Дым устремлялся в дверной проем, чтоб не тревожить их. Только мул во сне (или вол) тяжело вздохнул. Звезда глядела через порог. Единственным среди них, кто мог знать, что взгляд ее означал, был Младенец; но Он молчал. Декабрь 1995 Отсюда Эхомама, 1 Декабря 2010
Здесь много рождественских стихов известных поэтов: http://www.ippo.ru/pravoslavnye-prazdniki-...koy-poezii.html
Эхомама, 15 Января 2011
"Рождество Христово"(сл. П. Синявского, муз. П. Синявского). Рождество Христово Во владеньях инея и снега Расцвели хрустальные сады. К нам в окошко с праздничного неба Льется свет Рождественской Звезды. Расцвели хрустальные сады, Льется свет Рождественской Звезды. Возле елки снова, Возле елки снова Торжество, торжество – Рождество Христово, Рождество Христово, Рождество, Рождество. В каждый терем, в каждую светёлку Златокрылый ангел прилетел, Он зажег рождественскую елку И на нас с улыбкой поглядел. Златокрылый ангел прилетел И на нас с улыбкой поглядел. Возле елки снова, Возле елки снова Торжество, торжество – Рождество Христово, Рождество Христово, Рождество, Рождество. Снится нам в рождественский сочельник Вереница праздничных чудес. Сам Господь в чудесных облаченьях К нам с тобой спускается с небес. Вереница праздничных чудес К нам с тобой спускается с небес. Возле елки снова, Возле елки снова Торжество, торжество – Рождество Христово, Рождество Христово, Рождество, Рождество. Тут можно послушать эту сказочно красивую песню в авторском исполнении: http://www.piotr-sinyavsky.ru/index/pesni_...kvi_i_dushe/0-6 Но еще лучше она звучит в исполнении хора детских голосов: http://video.mail.ru/mail/dedischev195413/9330/16861.html В нашей ВШ тоже ее пели на празднике. А на диске "Дело было в Новый год" исполнение просто волшебное.
|
РекламаСервисы
|
В НОЧНОМ САДУ
Слова и музыка В. Шишкарёва
1. В ночном саду прозрачно и светло,
Стоит наш мирный дом,
Проходит ангел, белое крыло
Мелькает за окном.
Припев:
В пещере ослик кушает овёс,
В яслях лежит Христос.
Ослёнок носом тянется к Нему,
Звезда глядит во тьму.
2. Мария держит Сына на руках,
Иосиф греет чай.
Вот ангел им сказал о пастухах:
«Сейчас придут, встречай!»
Припев
3. Волхвы дары свои Ему несут.
За ними важно вслед
Верблюды длинноногие идут,
Звезда им дарит свет.
Припев
» Дописано позже
Только там кусочка не хватает, а вот здесь все: http://hram.vtule.com/vschool/notes/rojdestvo